Лайон с отвращением, смешанным с негодованием, взглянул на сморщенную старуху.

— Ты что же думаешь, что я лягу в постель с ребенком? Нет, проклятая ведьма, я лишь отведу миледи в ее комнату, чтобы она смогла собрать свои вещи.

— Собрать вещи? — Мозг Арианы лихорадочно заработал. — Куда мы едем?

— Я должен немедленно возвращаться в Лондон. Вильгельм скоро отправляется в Нормандию, чтобы забрать жену и детей, а я должен сопровождать его. Вы же, миледи, поедете в аббатство Сент-Клер, где сестры научат вас послушанию и смирению. Там вы будете в безопасности.

— Нет! — голос девушки дрожал от горя. — Я не могу стать монашкой, не могу надеть клобук. Я же умру от скуки! Я хочу остаться в Крэгмире и следить за замком в ваше отсутствие.

— Я оставлю своего человека, сэра Гая, который станет управлять поместьем, пока я буду отсутствовать, и достаточно рыцарей, чтобы защитить замок от нападения. Я уже говорил с вашим сенешалем, и он обещал мне, что все пойдет по-старому, как и прежде. Когда же я, правая рука Вильгельма, стану не нужен ему, я вернусь и займу свое место владельца Крэгмира.

— А я?

Норманн взглянул на девушку:

— Когда-нибудь мне понадобится жена, но пока вы будете жить в монастыре.

Ариана повернулась к Лайону и устремила на него взгляд, полный ярости:

— Норманнский выродок! Мясник! Я лучше умру в монастыре, чем стану вашей женой!

Тряхнув копной пепельно-серебристых волос, девушка прошла мимо рыцаря и поднялась по узкой каменной лестнице, ведущей в ее опочивальню в северной башне. Голубые глаза Лайона задумчиво следили за хрупкой фигуркой. Когда-нибудь это маленькое злобное создание превратится в горячую женщину, сгорающую от любви. Рыцарь надеялся, что именно ему предстоит удовлетворить ее бешеную страсть.

Подумав о другом мужчине, который может завладеть его женой, норманн ощутил укол ревности. Чувство собственника, доселе незнакомое ему, охватило его. Лайон страстно захотел, чтобы время ускорило свой бег и чтобы поскорее пришел день, когда его юная невинная жена созреет и подарит ему счастье.