Шайлер глубоко вздохнула и сосредоточилась на темной ленте дороги, вьющейся перед ней.

Прошло почти десять лет с тех пор, как она в последний раз видела бабушку, и вот теперь похороны самой Коры — вернее, поминальная служба — и необычные условия ее завещания, которые в конечном счете и привели Шайлер домой.

Согласно семейным преданиям (а их было немало), Кора Лемастерс Грант была типичной представительницей своего времени и сословия — послушная дочь, признанная красавица, благонравная и скромная дама, жена и мать, идеальная хозяйка, столп общества и обладательница утонченного вкуса, но все это — до трагедии.

Жизнь Шайлер тоже совершенно изменилась, после того как в нее вторглась смерть.

Несмотря на шестьдесят лет разницы, на долгую разлуку и на то, что между ними, казалось, было очень мало общего, их с Корой объединяло одно — обе они потеряли всех, кто был им дорог.

«Нет, я не буду сейчас об этом думать», — приказала себе Шайлер, поправляя черный шелковый шарф, повязанный вокруг головы на французский манер. Ей сейчас надо сосредоточиться на вполне конкретной цели — доехать из аэропорта в Грантвуд.

Ночь была дождливая и темная. Воздух был явно холодноват для конца апреля. Шайлер устала — просто-таки лишилась сил — после долгого перелета из Парижа, и, как ей вскоре стало ясно, она уже знала трассу номер девять не так хорошо, как когда-то.

Она никого не винила в сложившейся ситуации, кроме самой себя. Это было ее собственное решение. Поверенный Коры прислал за ней в аэропорт лимузин с шофером. Но по прибытии в Нью-Йорк она вдруг решила взять напрокат автомобиль. Дала чаевые шоферу в униформе и отпустила его на все четыре стороны.

Она хотела остаться одна, и вот она одна. Ну и что с того, что темно? Что с того, что идет дождь? Она неплохой водитель. Чертовски хороший водитель! Разве она не попадала в парижские пробки?

И тем не менее последние несколько миль, чтобы не сбиться с пути, она ориентировалась лишь по свету фар ехавшего впереди автомобиля.