Мать принцессы была похоронена недалеко от монастыря, в очаровательном, усаженном цветами гроте. Алесандра не могла вынести и мысли о том, чтобы расстаться с ней. Земли монастыря прилегали ко второму лому ее семейства, замку «Стоун хевен», что означало «Каменный рай», но Алесандра ни разу не посетила его.

– Я думала, что останусь тут навсегда, – прошептала принцесса.

– Ты должна воспринимать это как поворот судьбы, – посоветовала мать-настоятельница. – Ты стоишь на пороге новой жизни. Одна глава твоей жизни пройдена, а другая вот-вот начнется.

Алесандра снова опустила голову.

– Мне бы хотелось всю свою жизнь связать с этим монастырем, матушка. Если бы вы пожелали, то смогли бы пренебречь требованием герцога Уильямширского или же оттягивать время бесконечной перепиской, до тех пор пока он сам не откажется от меня.

– А генерал? – Мать-настоятельница была поражена такой детской наивностью.

Алесандра уже нашла ответ на этот вопрос:

– Он не осмелится взять монастырь приступом. Пока я тут, я в безопасности.

– Человек, страстно желающий власти, не остановится даже перед нарушением священных законов, царящих в нашем святом прибежище, дочь моя. Он непременно ворвется в наш монастырь. Ты понимаешь, что это подвергнет опасности твоего опекуна?

В голосе монахини слышалась нотка упрека.

– Нет, матушка, – отвечала Алесандра с легким вздохом, зная наперед, какой ответ желала услышать от нее настоятельница. – Я этого совсем не хотела…

Мать-настоятельница покачала головой, заметив тоску в ее голосе.

– Я не предоставлю тебе укрытия. Даже если была бы более веская причина…

Алесандра ухватилась за такую возможность.

– Но причина есть, – выпалила она и, глубоко вздохнув, возвестила:

– Я решила стать монахиней!

При одной только мысли о том, что Алесандра присоединится к их святому ордену, настоятельнице чуть не сделалось дурно.