Он опустил руку к поясу, и его пальцы встретились с ее руками – настырными, словно два роющих нору зверька, лихорадочно бегающими, торопливыми, стремящимися как можно скорее расстегнуть ремень, пуговицы и сорвать с него эти дурацкие брюки!

Едва освободившись от этого последнего предмета одежды, Гейб вошел в нее, вошел сильно и глубоко. Его пальцы оставляли красные пятна у Келси на бедрах. Воздух задрожал от их слившегося воедино стона, когда Гейб оторвал Келси от земли и заставил раскрыться еще больше, обвив ее ноги вокруг своих бедер. Потом его рот снова нашел ее губы, заглушив всхлипы и стоны, которые оба издавали, мчась навстречу горячему и бурному финишу.

Келси уронила голову на плечо Гейбу. Ее тело, еще недавно наэлектризованное приливом энергии, обмякло. Если бы не Гейб, который продолжал прижимать ее спиной к стене, она бы, наверное, без сил сползла на пол.

– Кто п-победил? – выдавила Келси.

Глотнув ртом воздуха, Гейб пробормотал:

– Не имеет значения. Господи Иисусе, Кел, ты просто восхитительна!

Сил, чтобы оспаривать это утверждение, у нее уже не оставалось. Разум ее только начал проясняться, и первое, о чем подумала Келси, это о том, что свое первое долгожданное и страстное соитие они совершили стоя. Потом Келси поискала взглядом свою одежду и увидела, что она, разорванная и смятая, валяется на полу у их ног.

– Такого со мной еще не бывало, – пробормотала она. – Никогда…

– Вот и хорошо. – Гейб подхватил ее на руки, подумав, что иначе они так и простоят у стены всю ночь, словно два пьяницы, изгнанных из забегаловки.

– Нет, я…

Келси замолчала, заметив, что на левой ноге каким-то образом задержалась одна туфелька на высоком каблуке. Сбросив ее резким движением, она прильнула головой к груди Гейба.

– Нет, действительно никогда. Когда я была замужем, мы просто… Ну, в общем, не важно.