Это было правдой, чистейшей правдой, но Канингем продолжал обливаться потом.

– Если что-то откроется, я погиб.

– Почему это должно открыться? Я, например, никому не собираюсь рассказывать о наших с тобой делах. – Рик снова подмигнул. – Разве что ты проболтаешься той цыпочке, которая ждет тебя в постельке. Некоторые мужчины просто не способны держать язык за зубами, стоит девчонке пошире раздвинуть ножки.

– Я ей ничего не сказал и не скажу. – Канингем вытер губы тыльной стороной ладони.

«Да и сама она вряд ли что заподозрит», – подумал он. Марлу куда больше интересовало, сколько его денег она может потратить, чем то, откуда они взялись.

– Вот только другие люди непременно начнут задавать вопросы. Пресса – так та мне просто прохода не дает.

– Пусть это тебя не удивляет, – Рик покровительственно хлопнул Канингема по плечу. – Твое дело – делать печальную морду, качать головой да снимать сливки со своей популярности. Можешь сказать им, что ты хорошо знаешь Наоми Чедвик и Габриэла Слейтера и что тебе трудно свыкнуться с мыслью о том, что кто-то из них пал так низко. Я буду тебе очень обязан, если ты упомянешь Гейба в данном контексте.

Канингем облизал губы и наклонился вперед.

– Что ты собираешься предпринять?

– Ну-ну, Билли-бой, это мой маленький секрет. Меньше знаешь – крепче спишь, верно? Твое дело – разыгрывать из себя простого парня, которому повезло отхватить на классификации резвую кобылку и подготовить ее к дерби.

– Через две недели состоится Прикнесс. Рик ухмыльнулся и пошевелил бровями.