Лили нахмурилась.

– Бессмыслица какая-то! Объясните, наконец, зачем вы здесь?

Он беспомощно поднял брови.

– Я пытаюсь! Мне ужасно неловко говорить обо всем этом. Наверно, это вы так на меня действуете.

Этому Лили не могла поверить. Она, пожалуй, еще не встречала человека, от которого исходило бы ощущение такой уверенности в себе.

– Чепуха, – коротко бросила она. Эндрю засмеялся.

– Я вполне могу испытывать неловкость с теми, кто мне небезразличен.

Его взгляд был нежен, он словно ласкал ее, и у нее вдруг перехватило дыхание. Лили инстинктивно отступила на шаг, возмущенно сверкая глазами.

– Вы просто непереносимы! Вы же меня совершенно не знаете!

Эндрю устало покачал головой.

– Почему вы заранее настроены на худшее? Послушайте, Лили, это вы меня не знаете, но я-то вас знаю. – Он помолчал. – И Кэсси я знаю. Поймите, я никогда не буду представлять угрозы для Кэсси.

– Это всего лишь слова! Откуда я могу знать, так ли это?

Чуть помедлив, Эндрю ответил:

– Потому что я ее отец.

2

– Вы сошли с ума. – сказала Лили, не веря собственным ушам.

Эндрю поднял руку, отметая ее возражения.

– Кэсси действительно мой ребенок. Доказать вам это? Вам произвели искусственное оплодотворение девять лет назад, в октябре, в лаборатории доктора Генри Слодака в университете Франклина. Кэсси родилась двадцать восьмого мая следующего года. Доктор нашел человека, который помог вам оформить документы о том, что вы вдова Джоэля Деслина.

Лили потрясенно смотрела на него.

– Как вы все это узнали? – Она нервно провела рукой по густым каштановым волосам. – Генри Слодак – порядочный человек. Я полностью доверяла ему.

– И вполне справедливо. После того как все прошло успешно, он не сказал об этом ни единому человеку.