– О Господи!

Клод ухватился за решетку и попытался отодрать от ворот гнилую деревянную перекладину. Кованые ворота – творение неизвестного мастера конца семнадцатого века – жалобно заскрипели, но устояли.

Сильви торопливо подбежала к Клоду и положила руки ему на плечи.

– Какая жалость! – лицемерно проворковала она, в душе ликуя, что теперь у них есть все основания вернуться из этой дыры обратно в Париж.

Лицо Клода снова стало аристократически надменным и непроницаемым.

– Кажется, мне придется основательно потрудиться, чтобы привести это место в надлежащий вид, – небрежно бросил он.

– Потрудиться? Ты с ума сошел! – возмутилась Сильви. – Уж не собираешься ли ты засучить рукава и голыми руками выдирать из земли весь этот бурьян?

Губы мужчины упрямо сжались, превратившись в тонкую прямую линию.

– Мой замок явно нуждается в солидном ремонте, – сказал он сухо и непреклонно. – И не только замок. В конце концов, кто-то должен за это ответить!

– Придумаешь тоже – ремонт! Я тут всего полчаса, а мне уже неудержимо хочется сделать отсюда ноги, – надувшись, объявила Сильви.

– Но именно здесь наш дом, дорогая, – с легкой усмешкой заметил Клод. – Я ждал возвращения сюда всю свою сознательную жизнь. Ты, разумеется, вольна поступать, как хочешь, но я намереваюсь остаться здесь!

Не обращая внимания на протестующие вопли Сильви, он, словно притягиваемый магнитом, вскарабкался вверх по чугунной решетке, осторожно перебрался через копьеобразные острия наверху и, спрыгнув вниз, двинулся к разбитым каменным ступеням дома.

Сильви не находила себе места от бешенства. Кто бы мог подумать, что между нею и Клодом встанет эта груда камней! Ну да ладно. Она на какое-то время готова стать большим патриотом поместья, чем сам Клод, более ревностной католичкой, чем Папа Римский! Он хочет кому-то отомстить? Она выполнит его желание. А когда счеты будут сведены и его первый порыв пройдет, Клод снова станет ее самым близким другом!

Свернув с шоссе, Роми Стэнфорд сбросила скорость и медленно поехала по дорожкам, обрамленным живыми изгородями, каждой клеточкой ощущая безмятежность окружающей природы.