Гиз ван дер Икерк приподнял бровь.

     — Рад слышать это. Но, должен признаться, я удивлен.

     У Беатрис перехватило дыхание от гнева.

     — Так мне и надо, — ответила она резко. — Я пришла извиниться за грубость, но теперь передумала.

     — Ну, что вы, зачем? — поддразнил он ее. — У вас в Англии есть хорошее выражение: «Сорвать на ком-нибудь зло». Очень удачное. Оно мне всегда нравилось. Кроме того, раздражение вам к лицу. Умоляю вас, даже не думайте об извинениях.

     — Отлично! Я рада, что мы больше не встретимся с вами: как-то мы сразу не поладили.

     — Очевидно, вы правы. — Чувствовалось, что он потерял всяческий интерес к беседе.

     — До свидания, — сказала Беатрис. Она не знала, как более достойно выйти из этой ситуации, поэтому просто повернулась и ушла, гордо подняв голову.

     Сзади она тоже великолепно смотрится, отметил про себя Гиз.

     Сидя рядом с отцом, когда он вез их домой, Беатрис рассеянно отвечала на замечания мамы о вечере. И тут, к немалому своему удивлению, она поняла, что хотела бы видеть Гиза ван дер Икерка снова. Не потому, что он ей понравился, поспешила она уверить себя, а просто, чтобы побольше узнать о нем.

     Голос мамы прервал ее размышления:

     — Ты завтра встречаешься с Томом?

     — С Томом? — переспросила она рассеянно. — Я даже не знаю.

     — А что это за обаятельный мужчина, который пришел с Дереком? — вдруг спросила миссис Кроули. — Интересно, откуда он и чем занимается?

     — Понятия не имею, — пробормотала Беатрис, а отец не предпринял ни малейшей попытки просветить их, поэтому мама снова заговорила о вечере.