— Вы не выглядите на тридцать пять.

— Спасибо. — вновь попыталась улыбнуться, но, поняв, что мне это вряд ли удастся, в очередной раз опустила глаза. — Я стараюсь.

— Вы выглядите лет на двадцать восемь, не больше. Вот только ваши глаза…

— Что мои глаза?

— У вас глаза восьмидесятилетней женщины.

— Что?

— У вас глаза восьмидесятилетней женщины, — совершенно спокойно повторила психолог.

— Они такие старые? — Спокойствие психолога и ее глупые реплики, которые я считала просто издевательскими, начинали потихоньку выводить меня из себя.

— Просто…

— Что, просто?

— Просто в них нет будущего. В них есть только прошлое и неустроенное настоящее. А еще в них есть страх.

— Страх?!

— Вот именно, страх. Страх, что жизнь прошла как-то мимо вас… И оставила на вас не самый лучший отпечаток. Страх, что всю молодость вы были одна, и страх, что вы останетесь одна в старости. Вы никогда в этом не признаетесь вслух, но вы чувствуете, что вы неполноценны, как женщина.

— Я?!

— Да, вы. И этот комплекс неполноценности выработал в вас ваш женатый мужчина, потому что все эти годы вы жили чужой семьей, не имея своей, чужой жизнью, не имея собственной, встречались с чужим мужем, не имея своего. Вы просто привыкли довольствоваться крохами, как собака, которой кинули сухую, обглоданную кость, а мясо обглодал кто-то другой. Вы привыкли брать после кого-то… Вы привыкли быть на втором месте… Вы просто привыкли жить во лжи… Вы просто к этому привыкли…

— Кто дал вам право так со мной разговаривать?! — взорвалась я и кинула в психолога подстаканником.