– Больше никому у Андрея Васильевича ничего выведать не удалось, – сокрушенно ответила Тамара Ильинична. – А уж ты Ленку мою, собачницу, знаешь. Она про всех всегда все знает. Сама в нашем доме две квартиры сдает, так что информацию имеет.

– Очень и очень странно, что Андрей Васильевич так скрытен, – заметила Мариша.

– Что тебе все время странно? – рассердилась на нее Тамара Ильинична. – И не скрытен он вовсе. Говорю же, просто у человека горе! Вот он и не хочет говорить на больную тему. Конечно, тебе-то этого не понять!

– Уж куда мне! – тоже разозлилась Мариша. – Конечно, этот Андрей Васильевич как снег на голову свалился и мигом стал тебе дороже родной дочери! Ну, мама! Не ожидала от тебя! И это после стольких лет нашего знакомства!

Вконец расстроенная, Мариша повесила трубку. Но долго дуться было не в ее привычках.

– Ладно, раз мама не хочет про этого Андрея Васильевича ничего специально узнавать, я сама для нее все узнаю, – решила она. – Раз дело серьезное, нужно ведь выяснить, что к чему? Не хочется, чтобы моим отчимом стал какой-нибудь прохвост.

С этой благородной целью Мариша немедленно позвонила своему другу – Артему. Того можно было почти круглые сутки застать дома. Он не вылезал из-за своего компьютера, предпочитая проводить свободное время в виртуальном мире. И, по мнению его немногочисленных друзей, со временем он все глубже и глубже уходил в него. Мариша даже начала опасаться, что однажды он вообще там останется. Но ради их с Маришей школьной дружбы и нетленной памяти о списанном у нее в пятом классе сочинении он из той своей жизни все же время от времени выныривал. Да и вообще, когда Марише было что-то от человека нужно, то этому человеку было легче ей помочь, чем от нее отвязаться. В этом Артем успел за время своей дружбы с Маришей убедиться неоднократно, усвоить крепко, и поэтому сейчас он даже особенно не сопротивлялся.

– Как его фамилия? – только и спросил у нее Артем. – Как фамилия этого твоего Андрея Васильевича?