— Корай, замолчи. Повар, дай ей соли. — Иекшар сжалился надо мной? Какая прелесть.

— Фу! Она портит вкус. — Но маленькую пластиковую коробочку кок все же достал, такк что простила ему все его высказывания в мой адрес.

К моменту, когда в столовую стеклась вся команда, я обильно насолила жижу и принялась ее отхлебывать по чуть-чуть, при этом ощущая себя опять же хомячком в прозрачном аквариуме.

— Маленькая.

— Красивая.

— Худосочная. — Я икнула, но стойко продолжила есть, имитируя слона, которому все пофиг.

— Почему она морщится над ложкой?

— Она плотоядная.

— Фу! — Вот это общественное "фу" порядком поднадоело.

— Иекшар, ты знал, что низшие плотоядные?

Капитан кивнул.

— А почему тогда другие не просили иной еды?

Оба. Значит, до меня тут уже побывали всякие.

— Другие низшие боялись. Эта — нет. — Теперь все косились с уважением.

— А почему она — нет?

Иекшар пожал плечами. И тут в разговор вступил громила в дальнем улу, он до того все молчал.

— Мы с Огавой ее из столовой пассажирского корабля РКЛ забирали, она даже не поверила, что мы за ней, потом когда вставала резко так к столу метнулась. Мы думали, бежать вздумала, а она в булку с мясом вгрызлась, вторую в руки схватила и так спокойно пошла. Огава говорил потом умалишенная.

За столом заржали, Иекшар рядом тоже покосился и ухмыльнулся.

Врешь! Зараза! У меня к тому моменту только один беляш оставался.

— Да. Да. — Осмелел еще один. — А в коридоре у капитана чемодан свой потребовала.

Все опять прыснули. Я угрюмо уткнулась в тарелку. Тут теперь про плотоядную инопланетянку анекдоты что ли насочиняют, как про чукч или блондинок. Вот потом этим громилам устрою. А бояться их и вправду — не очень боюсь. Люди вроде бы не злые, прямолинейные, равнодушные — да. Но точно не злые.