Воцарилась оглушительная тишина. Герцог, казалось, забыл, как дышать, а я молчала, пока не совсем понимая, на что меня только что обрекли. Паниковать было еще рано, поскольку я не знала, что меня ждет. Если травить не станут, и если… Как говорится — если нет, то мы еще покрутимся!..

— Нет, ты не подлец, Кларенс, — наконец выдавил из себя его светлость. — Ты негодяй! Я никогда не позволю…

— Не позволите что? — изогнул бровь тот. — Жена моя собственность, что я прикажу, то она и обязана будет выполнить. Или я что-то не понимаю в современных законах? А может быть, они со вчерашнего дня сильно изменились? Так просветите меня…

— Кларенс…

— Да дядюшка, я весь во внимании?

— Давай обсудим все позже. Твоя супруга, наверное, уже плохо себя чувствует. Ты привел ее в мой кабинет в теплой… одежде и…

Мне действительно давно было жарко, но я не стала привлекать к себе внимания. Я внимательно слушала их перепалку, выуживая крупицы информации относительно будущего, которое меня ждало. Это сейчас было гораздо важнее.

— Я не отпускаю ее. Пусть стоит тут, — отрезал Кларенс. — Она знает, что будет — если ослушается.

— О, я уже вижу, что девочка пыталась, — покачал головой герцог, мельком вновь взглянув на мои припухшие губы. — И ты поступил как всегда. Чуть что и сразу бьешь наотмашь.

— Все верно, дядюшка, вы как никто другой знаете меня. Так вот, знайте еще — ровно через две недели Аннель маркиза Мейнмор отбудет в усадьбу Адольдаг поправлять свое слабое здоровье. А если вы или кто бы то ни было посмеют воспрепятствовать этому, или более того, помочь получше устроиться ей на новом месте, то поверьте, я в долгу не останусь. Как маркиз Мейнмор и полноправный наследник я обещаю вам это. Аннель моя жена, а значит, я решу, в каком объеме ее снарядить для дороги и житья в усадьбе. Теперь же оставлю вас. Думаю, вы просто жаждете поговорить с моей новоиспеченной супругой.