Дом мельника стоял на окраине деревни, вдалеке от главных сегодняшних событий, так что вокруг не было ни души и, наблюдая за неумолимым приближением врага, Джерри приготовился струхнуть еще круче прежнего. Но, к его удивлению, не вышло – круче оказалось просто некуда... Продолжать смотреть тоже было выше сил, так что юноша тихонько съехал на дно канавы, закрыл глаза, сжал зубы, чтобы вдруг не застучали, и взмолился: «Нет, ты меня не видишь. Не можешь меня видеть! Да здесь и нет никого! Роджер, дурень, дальше побежал, в лесу прятаться. А здесь пусто, совсем пусто! Нет никого!»

Тем временем шаги приближались, пока вдруг не замерли совсем рядом – если б Джерри встал на дне канавы, то оказался бы на расстоянии вытянутой руки от черного. Однако за этим ничего не последовало, и трактирщик, уже начавший входить во вкус, продолжил:

«Ну, чего встал? Роджер тебе нужен, так шагай! Дальше он побежал, ясно же сказано. Да и чего ему тут останавливаться? Тебя, что ль, ждать?.. Нет, он уже далеко, а ты зря время тратишь. Здесь же только лягушки по канавам квакают...»

Лягушки и вправду квакали, но тут к ним присоединился голос черного, неожиданно вступившего в диалог:

– Эй, Роджер, я знаю, что ты где-то здесь. Выходи сам. Если найду, будет хуже.

Джерри был уже настолько захвачен разворачивающейся беседой, что едва не ответил вслух, но в последний момент прикусил язык.

«Дохлую крысу ты найдешь! А, может, и парочку – здесь этого говна навалом! Да для начала тебя вообще никто не слышит. Понял?»

– Последний раз предупреждаю! – Реплика последовала с небольшим запозданием.