Лавиния прекрасно понимала, что большинство гостей ничуть не беспокоило, что их застигнут во время путешествия в другую спальню. Подразумевалось, что при таких встречах гости просто не пожелают узнать друг друга. Так уж полагалось вести себя членам высшего общества, особенно тем, кто вращался в самых высоких кругах.

Но Лавинии казалось, что для их предприятия вряд ли будет полезно, если дама, ведущая частные и крайне секретные расследования, сама поведет себя весьма нескромным образом. Всегда необходимо учитывать возможность того, что кто-то из светских леди и джентльменов, приглашенных на этой неделе в замок Бомон, может оказаться в числе будущих клиентов.

Вдруг ее осенило. Она же догадалась захватить с собой серебряную полумаску, меч и щит - атрибуты костюма Минервы, который носила сегодня на балу.

Подняв маску, чтобы скрыть лицо, она ступила в глубокое озеро темноты под лестницей.

Джентльмен со свечой не заметил ее, поскольку слишком стремился достичь своей цели. Но когда стал подниматься вверх, она услышала грохот, сопровождаемый приглушенным стоном:

- Кровь Христова! - Он остановился и, нагнувшись, осторожно пощупал ногу. Потом, пробормотав еще пару ругательств, похромал по ступенькам.

Лавиния, подождав, пока он не исчезнет из виду, потихоньку вышла из своего укрытия.

- Проклятие, - прошептала она себе под нос. При такой скорости она никогда не доберется до спальни То-биаса.

В тусклом свете настенного канделябра Лавиния увидела, как из спальни появились две неясные фигуры. Женщина издала глубокий горловой смешок.

- Пойдемте со мной, сэр, клянусь, вы не пожалеете.

Очевидно, это одна из горничных, Значит, не только гости участвуют в этой ночной вакханалии.