– Однажды нашел что?

Тогда надо начинать с самого начала.

– Дядя Уолт сильно хромал, потому что брату Дот когда-то не понравилось, что она выходит замуж за черного, и этот урод чуть не отрубил Уолту ногу заточенной лопатой. Уолт только вернулся с войны, где летал черт знает сколько и ни разу даже не был ранен, и тут является этот расистский ублюдок и делает его инвалидом. Мы с Ноем ненавидели всех братьев Дот, а особенно этого младшего, который покалечил Уолта. Мы часто раздумывали, что бы сделали, если бы были рядом в тот момент. Мы жаждали мести, а Уолт только смеялся и говорил, что он отомстил им всем тем, что прожил долгую и счастливую жизнь. Что у него есть жена, которую он обожает, и два мальчика, которые станут заботиться о нем в старости. – Как будто это не сам Уолт заботился обо всех них до самого своего последнего дня! – Он нас с Ноем так и называл: «два моих мальчика».

Сэм помолчал, а потом, откашлявшись, продолжил:

– Мне, наверное, даже не объяснить тебе, как много это тогда для меня значило – то, что он считал меня «своим». До того как я познакомился с Ноем, я был… кем-то вроде дикого звереныша. Сейчас-то, задним числом, я понимаю, что это мой папаша так засрал мне мозг… хотя мог сделать и кое-что похуже, как мы теперь знаем, да? Мать принимала валиум и почти все время была в отключке, а Элейн, конечно, славная, но она намного старше меня… – Ну как объяснить Алиссе все это так, чтобы она поняла? – Понимаешь, ко мне никто никогда не прикасался. А детям надо, чтобы к ним прикасались. Ну… обнимали, например. Даже мальчикам. Особенно мальчикам. А Уолт хватал меня в охапку, как медведь, и Дот меня целовала каждый раз, как я к ним приходил, и даже Ной совсем не стеснялся и часто клал мне руку на плечо, когда мы разговаривали и… Я тогда впервые в жизни почувствовал, что у меня есть дом. Я знал, что там я в полной безопасности. Говорил, что думал, и меня никто при этом не называл дураком. Мог разбить какую-нибудь дерьмовую вазочку, и мне ничего за это не было – мы просто все вместе придумывали, как бы склеить ее обратно. Когда первый раз такое случилось, я подумал, что… – Сэм понимал, что никогда не найдет слов, чтобы объяснить ей, что именно тогда чувствовал, поэтому решил просто изложить факты.