– Меган, – заговорил Джастин, испытывая неловкость за то, что вынужден предупреждать воспитанницу.

Девушка уже сделала несколько шагов по направлению к двери, но, услышав голос графа, обернулась:

– Да, милорд?

– Дорогая, знаешь, лучше тебе никому не говорить о том, что ты была у меня в спальне. Даже Донованам. Я знаю, что, возможно, ты всего еще не понимаешь, но…

– Ты хочешь сказать, люди могут подумать, что мы любовники? – перебила его Меган.

Джастин почувствовал, как у него открылся рот. На какое-то мгновение он просто лишился дара речи. Черт возьми, он покраснел, как сопливый юнец! Ее слова заставили его мгновенно и очень живо представить себе такое, отчего он вздрогнул.

– Ты задала недопустимый вопрос! – резко бросил он, все еще испытывая дрожь.

Но похоже, его восклицание ничуть не смутило Меган.

– Я знаю, – чуть улыбнулась она, – молодые леди должны прикидываться, что им ничего не известно о таких вещах. Но мне почему-то показалось, что с тобой я могу быть откровенна. Разве не так?

Граф почувствовал себя утомленным. Не день, а просто кошмар какой-то! Уж как это произошло, он даже не понимал, но чувствовал, что все неприятности так или иначе связаны с этой взбалмошной девчонкой, которая теперь с таким невинным видом смотрит на него фиалковыми глазами. Джастин вспомнил о своем плане заставить ее вести себя как положено, но вынужден был признаться себе, что воплощение его в жизнь, вероятно, будет связано со множеством трудностей. Все дело в том, что Меган так красива…

– Разумеется, ты можешь быть откровенна со мной, – тряхнув головой, как ни в чем не бывало заявил граф. Ему нужно было время, чтобы прийти в себя и обрести обычную уверенность. – А теперь беги к себе в комнату, детка. Мы поговорим обо всем завтра.

– Хорошо, – с ангельской улыбкой сказала девушка. – Доброй ночи, милорд.

– Доброй ночи, – ответил Джастин.

Но только Меган взялась за ручку двери, как кто-то изо всех сил забарабанил в нее с другой стороны. Девушка и Джастин застыли на месте.