Вот почему в одежде врачи ценят не красоту или элегантность, а простоту и удобство. Ни одному хирургу не придет в голову причесываться, бриться или гладить брюки, когда на операционном столе его ждет умирающий. Необходимость постепенно превращается в привычку; а те, кто не может отказаться от заботы о своей внешности, вряд ли надолго задержатся на этой работе. У Мередит же совсем другие задачи. Первейшая — внушить клиенту доверие. Всеми возможными способами, в том числе и своим видом. Она — лицо фирмы, а потому должна следить за собой. Кому, как не ей, знать, что при заключении договора важна каждая мелочь, и какой-нибудь пустяк, вроде плохо уложенных волос или безвкусной брошки, может погубить дело на несколько миллионов долларов.

— Так какие у нас планы на завтрашний вечер? — поинтересовался Стив, выкладывая омлет на блюдо.

— Почему на вечер? — удивилась Мередит.

— Потому, разумеется, что первую половину дня мы проведем в постели! Звучит заманчиво, — вздохнула Мередит. — Беда только в том, что завтра с утра мне надо забрать из офиса кое-какие бумаги. И, конечно, их прочесть.

— Ох! А в самолете прочесть нельзя?

— Я же не в Токио лечу, а всего лишь в Сан-Франциско. Обещаю, дорогой, я не стану работать ни секунды больше необходимого.

— Кошмар! — вздохнул Стив, разливая по бокалам белое вино.

В голове у него, словно мотивчик из старинной музыкальной шкатулки, крутились одни и те же слова: «Как хорошо! Господи, как хорошо дома!»

— Расскажи мне о своих делах, Мередит. Что у тебя получается с этой рекламной кампанией?

Глаза Мередит мгновенно загорелись.

— Что-то фантастическое! — с жаром отозвалась она. — Такого шоу наша фирма еще не готовила! Сегодня утром я разговаривала с Доу — он буквально прыгает от нетерпения, точь-в-точь как мальчишка, которому не терпится попасть на бейсбольный матч!

Стив, хоть и не был посвящен в тонкости работы Мередит, от всей души желал успеха и ей, и Кэллену Доу.