— Что-то не так?

— Э… — он прочистил горло. — Нет, ничего. Ты уверена, что тебе надо было снимать костюм? Весна сейчас теплая, но совсем не жарко.

— Нет, все в порядке. Когда я плаваю, мне всегда тепло.

Однако тело ее покрылось гусиной кожей, и он увидел, как под купальником напряглись соски.

— Себастиан… — ее голос, в котором смешалось желание и смущение, был тихим и прерывистым.

Она хотела его — и не знала, что с этим делать. И какой мужчина устоял бы перед этим сочетанием невинности и женского пробуждения?

Лина замерла, не двигаясь, по пояс в воде.

Дыхание девушки становилось все более учащенным, она уперлась руками в бока, и пальцы ее побелели. В ней росло желание, доселе незнакомое ей.

Разве хоть одна женщина так откровенно хотела его?

Может быть, она не могла скрыть своего влечения к нему, потому что была невинна? Но ведь Себастиан дал себе зарок ограничиваться связями только с искушенными женщинами.

Так какого черта он смотрит теперь на нее как волк на овечку?

Хоук заставил себя посмотреть ей в глаза. Но это было хуже. В ее глазах горел страстный огонь.

Если он не сделает что-нибудь сейчас, то овладеет ею тут же, в воде. Все его тело буквально вибрировало от желания.

Ему потребовалось огромное усилие, чтобы взять себя под контроль и заставить броситься в холодную воду. Когда он вынырнул в пятнадцати ярдах от берега, Лина была всего лишь в нескольких футах позади него.

Загребая руками, она, усмехнувшись, произнесла:

— Уж не собрался ли ты утопиться? — и подплыла к нему.

Он на секунду обхватил ее руками, и она не сделала попытки освободиться. Так, вместе с ней, он поплыл к берегу, под ее звонкий девичий смех.