– Ну-ну, и что еще? – торопил его молодой человек, исходя слюной.

– У нее на бедре есть маленькое и очень экзотическое родимое пятно. – Венс на себе показал, где именно. – По форме почти как сердце. Оно заставляет опускать взгляд ниже, туда, куда мужчина хочет погрузиться – в ее тесный «футляр».

Оба молодых человека расхохотались, а Гевин стиснул зубы. Ему хотелось, чтобы Венс был менее красноречив – и для пользы Киры, и для его собственной. Против воли Гевин представил ее обнаженной и почувствовал ответ своего тела.

– Но лучше всего, – прошептал лорд Венс, наклоняясь вперед, – когда ставишь ее на колени. У нее такой талантливый рот...

– Мы играем в карты или нет? – прервал его Гевин, и в его голосе зазвучал металл. Он услышал достаточно – и даже больше.

Партнеры повернулись к нему с одинаково ошеломленными лицами, а у Венса даже хватило приличия немного смутиться.

– Конечно. Но нельзя винить мужчину за желание вспомнить о таком наслаждении, не так ли?

Гевин перетасовал карты и начал сдавать.

– Вам бы следовало подумать о женитьбе на женщине, которую вы находите такой привлекательной, особенно если прежде она была невинна.

Лорд Вене отпрянул.

– Жениться на полукровке, шлюхе? Она красива и хороша в постели, но на самом деле... Полагаю, мисс Мельбурн не более невинна, чем любой из здесь присутствующих.

Гевин смотрел на молодого повесу, которого, казалось, раздирали противоречия. С одной стороны, Венс, похоже, сказал правду о Кире Мельбурн; вероятно, она раздвигала ноги для него и для других до него. И хотя информация беспокоила его, эта особа скорее всего заслужила свою презренную репутацию. Но он считал, что никакая женщина не заслуживает сплетен о себе, особенно произнесенных с таким откровенным неуважением. К сожалению, Вене ничуть не заботился о том, как плохо люди подумают о мисс Мельбурн после его слов.