Они бежали, не взяв ничего, кроме того, в чем были, и направились в Калифорнию, где, по слухам, улицы вымощены чистым золотом, а самородки размером с кулак взрослого мужчины только и ждали, чтобы их нашли в реках. По пути они наткнулись на торговца, который был готов про­дать индеанок любому, кто сможет дать за них цену. Киллиан только раз взглянул на Высокую Траву и без памяти влюбился в нее.

У него не было денег. Глубокой ночью он выкрал ее и, чтобы утешить, пообещал вернуть родным. Ее отец, вне себя от радости, устроил в честь двух белых, спасших дочь, большое пиршество. Киллиана и Крадущегося Волка приняли в племя. Им дали вигвам и попроси­ли остаться с ними на зиму.

Индейцы очаровали Киллиана и Крадуще­гося Волка, и они приняли образ жизни людей племени лакота. Не прошло и года, как Кил­лиан взял в жены Высокую Траву. На следую­щее лето родилась Желтый Цветок, а Краду­щийся Волк стал воином племени лакота.

Это было для него нелегко. Крадущемуся Волку пришлось научиться охотиться и бо­роться, стрелять из лука и бросать копье. Он узнал, как читать знаки природы, как вы­слеживать человека или бизона. Он сменил брюки на узкие штаны из оленьей кожи, а ботинки – на мокасины и отпустил волосы. Среди лакота он чувствовал себя своим. Древ­ние военные песни заставляли бурлить его кровь, нашептывая ему о битвах и победах прошлого… Он воевал с поуни и воронами, охотился на оленей и лосей. А в свою двад­цать шестую осень он полюбил прекрасную девушку, чья улыбка была нежнее пуха оду­ванчика, – Летний Ветер…

Киллиан тихо засмеялся, и это вернуло его к действительности.

– Похоже, у меня слабость к индеанкам. Сначала твоя мать, теперь – Высокая Трава…

Киллиан тяжело вздохнул.

– Нелегко тебе придется там, среди белых. Крадущийся Волк тихо и горько рассмеял­ся. Ему никогда не было легко среди них.

– Будь осторожен, парень. Многие мужчи­ны, да и женщины тоже, будут презирать тебя за смешанную кровь.