Нет, жена ничего не чувствует — я это вчера проверил. Я познакомил их.
Когда ночью легли в постель, я привычно положил руку на женушкины обнаженные ягодицы, она так же привычно, как повелось у нас в последнее время, отреагировала:
— Каждый день, что ли?
— Какой — каждый? — возмутился я. — Позавчера, и то было утром. Больше двух суток! А еще — за прошлое воскресенье?
Она ничего не ответила, видимо, что-то прикидывая в уме, лишь возмущенно крутнула жопкой, как бы сбрасывая руку. Но моя рука, как всегда, уже скользнула между ее сомкнутых ног. Ножки у жены не худые — сильные, стройненькие, но все равно у самой попы они раздваиваются, образуя известную ложбинку, и мои пальцы беспрепятственно проследовали мимо заднего прохода к ее губкам. Она вздохнула и повернулась всем телом ко мне, внимательно на меня глядя. Я сразу же сунул руку ей спереди между ног, нащупывая секель и ожидая, пока вход во влагалище увлажнится. Все так же внимательно глядя, она протянула свою ручку и взяла меня за член. Хуй моментально ожил в ее волшебных пальчиках. И тут я решил проверить.
Я встал с постели, жена с удивлением смотрела на меня снизу, вышел в коридор, нащупал в кармане куртки мою Марию и с нею вернулся. Супруга не шевелясь выжидательно глядела на меня, ничего не понимая. Я протянул ей иконку.
— Пресвятая Дева Мария, — сказала жена. — Откуда у тебя?
— Так.
— Приобрел?
Я молчал.
— И что я должна теперь со всем этим делать?
— То же. Как и всегда.
Она улыбнулась. Положила образок рядом с собой на подушку и как бы даже слегка приобняла рукой. Потом решительно протянула мне: