
- Эта маленькая крошка была без ума от «AC/DC», если ты понимаешь, о чем я, - произнес мужчина слева.
Мэдди подумала, что он имел в виду вовсе не песни «Назад в черное» или «Шоссе в ад». Говорившему было около шестидесяти. Он щеголял потрепанной водительской кепкой и пивным животом размером с небольшую бочку. В зеркале, чуть дальше за стойкой, Мэдди увидела нескольких мужчин, которые кивали и восхищенно слушали парня с животом-бочонком.
Один из барменов положил перед ней салфетку и спросил, чего бы она желала выпить. Выглядел он лет на девятнадцать, хотя она полагала, что ему, должно быть, по крайней мере, двадцать один год. Достаточно взрослый, для того чтобы наливать алкогольные напитки среди клубов табачного дыма и во вранье по горло.
- Сапфирное мартини. Сухое, три оливки, - сказала она, подсчитывая калории в оливках.
Мэдди поставила сумочку на колени и наблюдала, как бармен потянулся за первоклассным джином и вермутом.
- Я сказал этой крошке, что ее подруга может присоединиться к нам, поскольку та сопровождала ее время от времени, - добавил парень слева.
- Чертовски правильно!
-О том и речь!
