Ах, если бы только семь лет назад Криспин не примкнул к изменникам. Если бы его не схватила королевская стража. Если бы его не лишили рыцарского звания и земель. Если бы… если бы. Тогда он не жил бы на вонючей улице в Шамблзе над мастерской жестянщика со слугой-воришкой и не принимал бы клиентку-дурочку.

— Боги тоже любят пошутить, — горько посетовал он.

Джек не сводил глаз с винного кувшина. Криспин уже готов был выбранить парня за несвоевременное появление, но тут дверь жестянщика внизу содрогнулась под градом глухих ударов. Криспин пересек комнату и распахнул ставни оконца, выходившего на улицу. В нос ударила вонь скотобоен и сжигаемой требухи. К соседнему дому, где жил торговец домашней птицей, спешил мальчик, тащивший в плетеной клетке кур; за ним шел мужчина, который нес убитых кроликов. Он шлепал по грязи, и длинные уши кроликов чиркали по земле при каждом его шаге.

Перегнувшись через подоконник, Криспин выглянул в окно. У входа в мастерскую жестянщика, как раз под ним, стояли двое мужчин и колотили в дверь кулаками.

Криспин повернулся.

— Джек, Бога ради, что ты натворил?

Тот пожал плечами, все еще глядя на девушку.

— Прошу меня простить, сэр, что помешал.

— Почему эти люди за тобой гонятся?

— Да вышло небольшое разногласие по поводу собственности — так можно сказать.

— Ты что-то у них украл.

Джек поднял брови.

— Вот интересно, как что — так сразу «украл»! — Он подбоченился. — Я попал в небольшую переделку, а вы думаете, что я взял и срезал кошелек.

— А что, не так?

— А при чем тут это?

Под окном Криспина ворчали дожидавшиеся мужчины, и Криспин снова выглянул, чтобы рассмотреть их. Хозяин Криспина, Мартин Кемп, приоткрыл дверь. Робкий жестянщик вежливо поинтересовался, в чем дело.