А то, сам знаешь, слухи ходят разные… поговаривают даже, что ты собираешься отказаться от титула, бросить округ на произвол местных властей и навсегда уехать в далекую Америку! — Кузен Рэндалла пожал плечами. — Может, оно того и стоило бы… Но за себя скажу, что никогда не упускал возможности похвастаться родством с самым настоящим графом! — Мюир озорно подмигнул и сразу показался лет на десять моложе, нежели был на самом деле, ни дать ни взять ровесник Рэндалла.

— Мюир, что тебе до титулов и родословных? — не остался в долгу Рэндалл. — Ты с головой ушел в свой бизнес, понастроил фабрик, только о своих консервированных фруктах-овощах и думаешь. При виде нашего генеалогического древа первой твоей мыслью будет: а нельзя ли превратить в компот то, что на нем произрастает? И, на мой взгляд, то, чего ты добился своим трудом, повод для гордости куда больший, нежели имя и титул, полученные по праву рождения.

— Мой милый кузен, — с достоинством произнес Мюир, сдерживая улыбку. — Уж и не знаю, кому досталась лучшая часть из нашего общего генофонда, но только ты с легкостью добился бы того же, чего и я, если бы не эти самые имя и титул, к которым прилагается целый ворох проблем. Я, между прочим, свой первый миллион получил из рук почтенного родителя. А твое наследство, напротив, требует баснословных вкладов ежегодно.

С расширившимися от изумления глазами Джессика слушала, как собеседники беззлобно “подкалывают” друг друга. До чего же непредсказуем этот Рэндалл: всякий раз в характере его открываются новые, неожиданные стороны!

— Кстати, — снова подмигнул Мюир, — о кровном родстве. А будет ли мне позволено первым поцеловать невесту?

Джессика не сдержала улыбки. Но, к ее великому удивлению, Рэндалл подхватил ее под руку и властно притянул к себе. Мюир явно понял намек и настаивать не стал.

— Что-то мне подсказывает, что вы только и ждете, когда я уберусь восвояси и оставлю вас вдвоем! — Он шутливо вздохнул. — В компании двух влюбленных даже близкий родственник — третий лишний… Так я вас покидаю, дорогие мои.