– Это очень плохо. Она хорошая девушка. Я был у них на свадьбе. – Он не знал, о чем с ней говорить, ведь она совсем юная. Кроме того, он чувствовал, как в нем поднимается страстное желание, когда он просто смотрит на нее. Ему вдруг пришло в голову, что он сошел с ума. «Она же совсем ребенок, – твердил он про себя, – ну может быть, уже девушка, но совсем-совсем юная. Ей, должно быть, не больше четырнадцати или пятнадцати лет». Но почему же тогда у него перехватило дыхание от одного ее вида?

– А вы из Сан-Франциско? – Конечно, он оттуда. В долине ни один человек не выглядит, как он, но она не могла себе представить, что он может быть откуда-нибудь еще, кроме как из Сан-Франциско.

– Сейчас да. А вообще я из Нью-Йорка. Я учусь в Сан-Франциско. – Он улыбнулся, произнеся эти слова, и она весело засмеялась в ответ. Ее смех прозвучал, как звук чистого горного ручейка, и она еще немного приблизилась к нему. Другие дети играли в стороне, и никто из них, похоже, даже не заметил ее отсутствия.

– А где вы учитесь? – Ее глаза ярко сияли. Он заметил, что в глубине их под ее застенчивостью скрывается озорство.

– На юридическом факультете.

– О, это, наверное, очень тяжело.

– Да, нелегко. Но зато очень интересно, и мне нравится. А ты чем занимаешься? – Это, конечно, глупый вопрос, и он прекрасно знал об этом. Ну чем она может заниматься в ее возрасте, кроме как ходить в школу и играть с подругами?

– Я хожу в школу. – Она сорвала длинную травинку и вертела ее в руках.

– Ну и как, нравится?

– Иногда.

– Это звучит почти как «да». – Он опять улыбнулся ей, и ему вдруг стало интересно, как ее зовут. Может быть, Салли, или Джейн, или Мэри. Наверняка в этой глуши только так называют девушек. И потом он вдруг представился, как будто это могло иметь для нее какое-то значение, и она кивнула, все еще глядя на него с настороженным удивлением.