– Мне очень бы хотелось вернуться. А теперь, когда я знаю, что Бойд здесь, я, наверное, обязательно приду как-нибудь навестить его.

Она кивнула, как бы молча одобряя его слова.

– Конечно, я обязательно навещу и Тома... – Его голос сорвался, когда он чуть не сказал: «И тебя», но он знал, что не может сказать ей это. Она подумает, что он сошел с ума, а ему вовсе не хотелось обижать ее.

Может быть, во всем виновато вино, говорил он себе, может быть, она только кажется ему такой красивой, может, во всем виновато настроение, и хороший день, и сама атмосфера свадьбы. Но он прекрасно понимал, что это нечто большее и сама эта девочка является для него чем-то большим, нежели просто красивым ребенком. Потом она взглянула на него в последний раз, застенчиво улыбнулась и, помахав на прощание рукой, побежала к остальным. Он стоял и смотрел ей вслед, наблюдая, как ее брат что-то сказал ей, потом дернул за волосы, и потом вдруг она с веселым смехом погналась за ним – можно подумать, что она уже забыла об их встрече. Но когда он хотел повернуться, чтобы уйти, она остановилась, посмотрела в его сторону и замерла. Спенсеру показалось, что она хочет что-то сказать ему, но она не сделала этого – просто отвернулась и посмотрела на своих друзей. И он медленно пошел по направлению к Хироко и Бонду.

И все-таки он увидел ее еще раз перед отъездом – она стояла на крыльце, разговаривая с матерью, которая ее явно за что-то ругала. Потом взяла большую тарелку и занесла ее на кухню. Больше она не вышла, а уже через минуту Спенсер мчался на машине прочь от ранчо, и его мысли были заняты девочкой, которую он встретил. Она похожа на дикого жеребенка – красивая и свободная, это ребенок с глазами взрослой женщины. Вдруг он рассмеялся над собой. Это же просто наваждение. У него своя жизнь, он живет в мире, который неизмеримо далек от этой долины.