Гресси боролась с разочарованием, грозившим всецело поработить ее. Всю свою жизнь она только и делала, что считала центы, «ждала до следующего года» и не обращала на все это никакого внимания. Но сейчас она была возмущена тем, что ее необыкновенный сын, ее божество, вынужден обходиться без хороших вещей. Красивых вещей. Дорогих вещей. Так дальше продолжаться не может. Клиффорду Клайду нужны лучшие вещи. Они должны у него быть.

Восприимчивый Си Си чувствовал настроение матери. Хотя она по-прежнему была веселой, ласковой и смешливой, на душе у нее лежала печаль. Мальчик крепко обнимал Гресси, показывал звездную родинку на своей левой щеке и повторял то, что слышал от нее в младенчестве:

– Мама, ангелы поцеловали меня, потому что я необыкновенный. Когда-нибудь я стану богатым и куплю тебе новый дом, красивые платья и все, что ты пожелаешь.

Клиффорду Клайду было девять, когда закончилась война. Соединенные Штаты победили, и страна встала на путь процветания. Гресси была уверена, что фортуна наконец улыбнулась ее маленькой семье: Эрнесту предложили более высокооплачиваемую работу в Далласе, в шестидесяти пяти милях к западу от Комеси. Двоюродный брат, более десяти лет трудившийся в автобусной компании, сообщил об открывшейся там вакансии. На новом месте Эрнесту предстояло убирать автобусы, но платили здесь наполовину больше, чем в колледже.

Не прошло и недели, как святое семейство, упаковав скромные пожитки, попрощалось с родственниками и соседями и отправилось в Даллас. Временно они поселились у брата Маккарти – Билли. А вскоре нашли себе домик, чуть побольше того, что оставили в Комеси, с собственной комнатой для Клиффорда Клайда и окнами, выходящими на узкую улицу, вдоль которой росли тенистые деревья. Гресси была в восторге.

Правда, новая работа Эрнеста была угнетающей и неблагодарной. Неотесанные пассажиры бросали на пол апельсиновые корки, оставляли пакеты с куриными костями и сыпали под сиденья арахисовую скорлупу. И все это Эрнесту приходилось выгребать. Он ненавидел свою работу.