Машина была роскошной: настоящая желтовато-коричневая кожа и настоящее дерево. Странно, что Трент, обожающий спортивные автомобили, предпочел это семейное авто, мало подходящее для холостяка. Возможно, она принадлежит Мери Белл. Хотя, вряд ли. Скорее всего, после инсульта старушка не садится за руль. Кроме того, она всегда предпочитала, чтобы ее возил Гатри.

Через несколько минут появился Трент, открыл багажник и положил в него сумку Кейт. Сев на место водителя, он посмотрел на нее.

– Готова?

– Да.

– Ты позавтракала?

– Да. В кафе.

– Тогда до обеда мы будем ехать без остановок. – Он вставил ключ и включил зажигание. – Какой маршрут ты предпочитаешь? Если мы поедем через Тьюпело или Декатур, это займет у нас восемь часов.

Кейт от души рассмеялась, удивившись, что его интересует ее мнение. Он вопросительно посмотрел на нее.

– Ты за рулем, – ответила она, – тебе выбирать.

Он кивнул, и вскоре «бентли» влился в поток утреннего транспорта.

– Если в какой-то момент в течение следующих нескольких дней – или любого времени, которое нам потребуется, – я стану невыносимым, можешь не стесняясь хватить меня промеж глаз гаечным ключом.

Кейт улыбнулась: по крайней мере, этот новый Трент сохранил прежнее чувство юмора.

– Я буду иметь это в виду. И не удивляйся, если я воспользуюсь твоим предложением. Видишь ли, я уже не наивная, глупенькая, влюбленная девушка, какой была, когда мы поженились.

– Возможно, ты была наивной и влюбленной, но ты никогда не была глупа, – возразил Трент, внимательно глядя на дорогу. – Насколько я помню, бывали случаи, когда ни я, ни тетя Мери Белл не могли тебя переубедить.

Улыбка исчезла с лица Кейт, когда она вспомнила, как трагически закончился ее бунт в тот страшный день почти двенадцать лет назад.

– Я не имел в виду то пасхальное воскресенье, – сказал Трент. – Я вспоминал многочисленные случаи, кода ты восставала против того, чтобы тобой командовали.