Взяв карточку и снова пробормотав слова благодарности, Александра устремилась к выходу — быстрыми легкими пружинистыми шагами.
Ноябрьский вечер встретил ее тьмой, противным моросящим дождем и порывами ветра. Но вот уже на протяжении двух с половиной месяцев такие мелочи, как плохая погода, казались ей совершенно незаслуживающими внимания.
Она шла по узкой аллее, устланной ковром осенних листьев, и чувствовала, что рядом, как обычно, шагает самый близкий, самый дорогой человек. Ее правую руку согревало тепло его невидимой ладони, в ушах звучал любимый голос.
Такая у нас с тобой судьба, милый, думала она, мысленно обращаясь к мужу. Я больше никогда тебя не увижу, но ощущать твое присутствие буду, наверное, до конца моих дней. Вот как сейчас.
1
Александра вошла в купе, опустилась на мягкое сиденье и выглянула в окно. Ее никто не провожал. Она сама запретила родителям, брату и друзьям ехать с ней на вокзал: не любила долгих, рвущих душу проводов.
Темноволосый мужчина с «Саут-Уэльс уикли ньюс» в руках, удобно расположившийся напротив, оторвал глаза от газеты, обвел попутчицу заинтересованным взглядом и кашлянул, делая попытку привлечь ее внимание к своей персоне.
Александра с юных лет знала, что наделена необыкновенной способностью нравиться. Нет, к разряду писаных красавиц она не относилась: прямую линию носа искривляла горбинка, а рот был большеват. Что делало эту женщину исключительной и неизменно притягивало к ней мужчин, так это ее величественная статность, королевская осанка, чарующая плавность малейшего движения руки, поворота головы. А еще задумчиво-серьезное выражение дымчато-серых глаз.