— Поздно. У тебя был шанс, и ты упустил его. Поверь мне, Грей, ты никогда этого не узнаешь.

Так же, как и я не узнаю, каково это, заниматься с тобой любовью, пронеслось у нее в голове.

— Ты говоришь так, потому что я догадался, что привлекаю тебя, — парировал он.

К несчастью, Шелби не могла этого отрицать.

— Это лишь доказывает, что у меня есть душа. А вот что можно сказать о тебе, если ты притворялся, будто хочешь меня?

— Кто говорит, что все было лишь притворством? Несмотря на все твои недостатки, ты привлекательная девушка, — заявил Грей тоном опытного соблазнителя, отчего у Шелби дыхание перехватило.

— Я говорю, — собравшись с силами, выдохнула она. — Я была там, помнишь? А ты разжигал и гасил страсть, как будто переключал конфорки на плите. И это было отвратительно! Ты не хотел быть со мной, ты просто выполнял свою работу. Надеюсь, угрызения совести хотя бы иногда мешали тебе спать по ночам.

Губы Грея сжались. В глазах промелькнуло что-то едва уловимое, даже зловещее.

— Если меня и мучили угрызения совести, то не из-за тебя. Любопытно, что взбесило тебя больше, Рыжая? Мое притворство, как ты утверждаешь, или то, что я остановился, пока все не зашло слишком далеко?

— Ты представить себе не можешь, как я обрадовалась, что ты не стал продолжать! Если бы ты не остановился, я бы всю жизнь чувствовала себя грязной! — Она не хотела так говорить, но слова сами сорвались с губ. — Не понимаю, почему ты так нравишься моему отцу! Но если ты хоть на секунду подумал, что я соглашусь…

Девушка занесла руку, чтобы ударить его.

— Послушай меня, — прошипел Грей, перехватив ее запястье и приблизившись почти вплотную к ней, — ты сделаешь то, что хочет твой отец. Я очень люблю и уважаю его. И не желаю, чтобы своими выходками ты довела его до инфаркта. Если бы ты не была его обожаемой единственной дочерью, я бы давно проучил тебя хорошенько. А если он тебе хоть чуточку дорог, ты согласишься на его условия. Поняла?