Открыв широкую тяжелую дверь во двор, он полной грудью вдохнул свежий воздух. День выдался необыкновенно солнечным. Джеймса радовал запах свежевыстиранного белья, которое висело на веревке в саду за кухней. Раньше он не придавал большого значения подобным вещам, а теперь они давали ему ни с чем не сравнимое чувство, что он дома. И Джеймсу еще сильнее захотелось вырвать Данкрейг из когтей этого стервятника – Доннела Маккея. Это вотчина Джеймса, и он так просто не отступится.

– Ну что, кажется, ты остался доволен своей комнатой, парень? Знатная у тебя будет мастерская, ничего не скажешь!

Услышав чей-то скрипучий голос, Джеймс оглянулся и замер от страха, опасаясь разоблачения. Перед ним стояла Большая Марта и сердито смотрела на него, скрестив руки на груди. Как он сразу не сообразил? Даже если стражники сменились все до одного, то большинство слуг остались. Большая Марта была отличной кухаркой. И к сожалению, изо всех слуг лучше всего его знала именно она. Она прищурилась и пристально посмотрела на Джеймса, словно, разглядывая его черты, размышляла, он это или нет.

– Мне ничего другого не оставалось, как согласиться на то, что мне предложили.

Женщина удивленно вытаращила глаза.

– Ну и ну! Вот чудеса-то! Ты ведь, кажется, на нашем языке и говорить-то толком не умеешь, правда? А мне сдается, что я раньше тебя уже где-то видела, кого-то ты мне напоминаешь. Вот только кого? Что-то знакомое… Хотя вряд ли… Я отродясь не видала ни одного француза. И сто лет бы мне их не видать. Хотя и впрямь, какой с тебя спрос? Ты же тут ни при чем. И что это я на тебя накинулась? – сказала она и вздохнула. – Это все проклятый болван, который только и думает, как снова выкинуть что-нибудь, чтобы сделать нашу жизнь невыносимой. – Она сдвинула брови и бросила на Джеймса мрачный взгляд: – Эй, парень, ты хоть понимаешь, что я тебе говорю?