– Что-то случилось, Этель? – Ему показался странным этот ночной звонок.

– Я хочу попросить отложить отключение аппаратуры на один день.

– Что это даст? Ты здорова, девочка? А то приезжай, посмотрю. Все равно не сплю.

– Я видела их.

– Кого?

– Советников. Есть такой зал, в Многомерности, с камином, я знаю, мне рассказывал Строггорн. Они были там, разговаривали.

– Тебе приснилось. – Лигалон покачал головой.

– Нет. Это не сон. Я сейчас приеду, вижу, так вы мне не поверите.

Этель быстро собиралась. Только Лигалон обладал достаточной властью, чтобы отложить все хотя бы на день. Когда она приехала к нему, пси-кресла были готовы к работе. Этель не пыталась возражать и спокойно позволила провести зондаж этого «сна», сняв защитные блоки. После этого Лигалон еще несколько минут сидел, задумавшись, а потом начал собирать Большой Совет прямо к себе домой. Сейчас в Большой Совет Вардов входило всего девять человек, и все они, несмотря на то, что была ночь, собрались в течение получаса. Этель подумала, что им всем было не до сна.

Члены Большого Совета обладали огромным опытом Вард-Хирургии и сейчас пришли к единому мнению: то, что видела Этель, не было сном, а являлось чистым проходом в Многомерность, и, значит, был шанс спасти Советников. Когда все разошлись, Лигалон долго сидел молча и только спустя примерно полчаса уточнил:

– Ты твердо решила идти туда? Десятимерность все-таки?

– Не Десятимерность. В каминном зале обычно 44 измерения.

– Это нереально, Этель. Ты погибнешь!

– Не знаю, может быть, но я единственный человек на Земле со встроенной нервной системой и, кроме того, вы же знаете – я не старею. Что-то еще сделано с моим телом. А вот достаточно ли этого, не могу сказать. – Она задумалась. – Диггиррен очень любил меня, и я видела его сегодня, он еще меня помнит, раз пытался позвать. Вы же знаете, что сказал Строггорн – изнутри им никак не разрушить возникшие связи, слишком стабильная система. Я попытаюсь, мне терять нечего. Ключ у вас?