— Хорошо, буду держаться от него подальше. Кого мне ещё стоит опасаться? — поинтересовалась я.

— Да больше и никого. Близнецы любят только друг друга, в смысле, вместе бегают на землю для посещения сомнительных заведений, наш шеф, тот немолодой мужчина, Рихард, никого не трогает, только строгий очень и может на тебя при всех наорать. В общем, привыкнешь. А вообще тут хорошо, — неожиданно добавила она. — Уж во всяком случае лучше, чем на Земле, — тихо добавила она с враз погрустневшим лицом.

Вздохнув, она зашагала медленнее.

— Каким образом этот мир состоит из теней и куда делись рай с адом и чистилищем? — поинтересовалась я, когда мы очутились в её лаборатории, и меня уже раз пять провели кругами по настоящему лабиринту, где хранилась разная зловещая гадость, напоминая мне подвалы инквизиции и орудия пыток. — Разве тени не тёмные? Я знаю, я немного умею ими управлять… Иногда мне даже удаляется сделать их материальными. Или мне так кажется?

— Ты просто чувствуешь тени иначе, — снисходительно, но доброжелательно заявила Аза, подливая мне ещё чаю. Стул был жёстким, с высокой спинкой, но я мужественно терпела, решив про себя, что в следующий раз приду сюда только с подушечкой под задницу. — Но тени материальны только у нас. Но, конечно, когда ты отправишься на Землю по делам, то тоже сможешь делать их материальными, плести из них ловушки для разных чудовищ. Ну, и многое другое, — она пожала плечами. — И, да, у нас тени цветные. Мы называем тот материал, из которого состоит всё, что нас окружает тенями. Так удобнее, понимаешь? А всё на самом деле куда сложнее.