Когда я коснулась её хрупкого плеча, женщина резко обернулась — и я отшатнулась: её зрачки заполонили всю радужку, превратив глаза в чёрные озёра.

Её наполняли тени, которые создала она сама, и которые свели её с ума, так как у неё не было дара управлять ими, в отличие от меня и таких как я Хранителей равновесия.

Меня словно отшвырнуло от неё — и я очутилась совсем в другом месте.

… Эта комната показалась мне темницей. Душная атмосфера зла, боли и тьмы окутала меня, словно саваном, не давая вдохнуть.

Чужая боль простреливала виски, отдавалась в груди — сердце словно пинали неритмичными ударами.

И неожиданно, словно вспышка золотисто-белого света — я увидела мальчика в пижаме, застывшего возле кровати и смотрящего на постель с видом мученика, отправленного на Голгофу.

Он медленно повернулся, словно почувствовал моё присутствие. Его глаза расширились, он застыл, уставившись на меня.

Очарованный.

Это читалось в этих серых глазах, прекрасных и чистых, словно мечта.

Я засмотрелась на него — подобную красоту я раньше никогда не встречала. Уникальная гармония тонких чёрт, белоснежной кожи и белых волос. На миг он показался мне похожим на ту странную женщину, запертой в собственном кукольном мире, но он был намного более… живым. Наполненным светом.

Несколько шагов — он осмелился подойти ко мне и заглянуть в глаза.

Словно искал во мне успокоение, надежду, нечто светлое. Будто я была какой-то феей, которой он собирался загадать желание.

Неожиданно для нас обоих я обняла его, а он обвил руками мою талию, положив голову мне на грудь.

— Ты такая красивая! Жаль, что ты мне только снишься, — шепнул он, продолжая нежно обнимать меня. Искать во мне опору.

От касания его хрупких рук во мне рождалось тепло, которого раньше не было. Словно моя пустая душа наполнялась золотистым светом.