Все без лишних вопросов отправились выполнять приказания. Корделла, истерически всхлипывая, скорчилась в углу. Линнет, сама готовая разрыдаться, схватила племянницу за руку:

— Ты не сможешь сражаться с ними, Бренна! Они убьют тебя, как любого мужчину!

— Так или иначе мне не жить, тетя. Отец обучил меня драться на равных! И я лучше погибну с честью, чем буду ныть и плакать от жалости к себе, как Делла.

— Тебя не прикончат, Бренна, если не станешь противиться, — уговаривала Линнет. — Они берут женщин…

— Никогда! — оборвала девушка. — Скорее умру, чем стану пленницей викингов!

И с этими словами Бренна вышла из зала, предоставив Линнет и Корделле взывать к небесам. Но прежде чем успели вооружить всех слуг, ворота упали, и во дворе раздался боевой клич, от которого леденела кровь в жилах. Мгновение спустя дюжина воинов, горевших жаждой убивать, ворвалась в холл.

Бренна стояла у подножия лестницы, расставив ноги и обнажив меч. Боевой топор просвистел у самого виска, и Дунстан, стоявший между ней и врагом, рухнул на пол. Викинги разделились. Трое направились в глубь холла, а трое — в зал для приема гостей, громко захлопнув за собой дверь. Появившийся откуда-то Уиндхем схватился с одним из соотечественников. Он храбро сражался, но был слишком стар и быстро утомился, однако успел расправиться с одним, прежде чем меч другого пронзил его тело и оборвал жизнь.

Пятеро бросились к Бренне. Четверо из них начали взбираться по ступенькам, чтобы быстро затеряться в лабиринте коридоров второго этажа. Бренна без страха встретила викинга. Его двуручный меч был гораздо тяжелее ее собственного, и каждый удар, который удавалось отбить девушке, наносился с невероятной силой. Руки и спина Бренны надсадно заныли, но вопли, доносившиеся из-за закрытых дверей зала, лишь укрепляли ее решимость. Она сама не поняла, как удалось выбить меч из рук викинга и пронзить насквозь огромное тело. Ударом ноги девушка отшвырнула поверженного врага, но его место немедленно занял другой, постарше. Бренна чувствовала, что быстро теряет силы, но продолжала бороться до тех пор, пока противник точным ударом снизу не рассек ее меч надвое.