Джеймс Стюарт хмыкнул, удивленный столь разумным суждением молоденькой женщины.

- Как, девушка, ты так мало жила среди нас и настолько хорошо все знаешь!

- Сир, я всю свою жизнь жила рядом с шотландцами. Как же мне не знать их? - ответила Арабелла.

- Энгус никогда не любил меня, милочка, и, кроме того, он вообще безрассуден. Не понимает, что короли должны править не только мечом, но и головой.

- Граф совсем не разбирается в искусстве, сир, - серьезно сказала Арабелла. - Везде в Европе и Азии процветают музыка, живопись и поэзия, а здесь, в Шотландии, нас поощряют лишь выращивать морковку с капустой.

Король, не сдержавшись, расхохотался. Давно уже он не наслаждался остроумной беседой. Прелестная женщина сводного брата оказалась просто чудом.

- Какое из искусств вы предпочитаете, Арабелла Стюарт? - спросил он.

- Музыку, наверное, сир. Я сама не умею играть, сир, но мы с матерью любили петь вместе. Отец говорил, что дать приют бродячему ирландскому менестрелю - это пустая трата денег, потому что мы поем лучше, но мама всегда упрашивала его позвать менестрелей, иначе как же разучить новые песни? О, сир, мне еще так многому нужно учиться! - страстно заявила молодая графиня Данмор.

Король был тронут. Любовь к учению не относилась к добродетелям шотландцев, хотя в стране было два прекрасных университета, в Эдинбурге и Глазго. Не существовало законов об обязательном образовании, даже для детей дворян. Не считалось, что шотландец должен уметь читать, писать и считать хотя бы немного, чтобы сборщик налогов не обманул его, поощрялось только умение хорошо драться, умереть с достоинством и ублажать жену, чтобы быть уверенным в законности происхождения детей. А женщинам.., что ж, если муж необразован, к чему жене науки?

- А чему ты хотела бы научиться, девочка? - спросил король.

- Всему! - поспешно объявила Арабелла.

Джеймс снова рассмеялся:

- С чего хочешь начать?