- Я все думала, когда же ты меня узнаешь, Мэттью, - сказала она.

Некоторое время я колебался. В моей голове мелькнуло имя одной особы, которая удивительно удачно умела менять внешность в соответствии со служебной необходимостью. Но она всегда отличалась развитыми формами. В официальных отчетах ее именовали "сексапильной", "чувственной", но никогда "худощавой". И все же это была она, Вадя. Сомнений у меня больше не было. Пару раз я переспал с ней и однажды в нее стрелял. Я не мог ошибиться.

- Как тебе не стыдно, Вадя, - сказал я. - Нехорошо обманывать старых друзей. Давно ли ты села на диету?

- Какая, к дьяволу, диета! - воскликнула она. - Если бы ты знал, сколько операций я перенесла, сначала, чтобы извлечь пулю, которую ты так не по-джентльменски всадил в меня, а потом чтобы уничтожить следы этих операций! Когда они кончили меня кромсать и собрали заново, я была похожа на скелет, на тень. А потом я решила, что есть смысл сохранить стройную фигуру. Далеко не все так проницательны и наблюдательны, как ты. Я здесь уже несколько дней. И если бы кто-то из твоих друзей узнал Вадю в этом хрупком создании, тебя бы сюда не послали. Они бы предпочли кого-то мне неизвестного.

- Ты знала, что я сюда прибуду?

- Нет, конечно. Мы не знали, кого именно они пришлют, хотя понимали, что кого-то пришлют обязательно - помимо тех, кто уже здесь. Это работа не для выпускника университета с дипломом по экономике или международным отношениям, даже если он умеет выхватить пистолет в доли секунды и изрешетить мишени, которые очень похожи на человеческие фигуры, хотя и сделаны из бумаги. И кроме того, это работа не для девицы с прекрасными идеалами, непонятными желаниями и любовными разочарованиями. - Вадя улыбнулась и продолжала: - Это работа для простых и практичных людей, как ты и я, мой милый. Конечно, поскольку приехал сюда именно ты, мне, возможно, придется убить тебя. Но я все равно рада, что ты приехал. Давай вылезем из этой мыльной пены и пойдем чего-нибудь выпьем.