Присутствовавший при испытаниях Джей, вдоволь насмеявшись, посоветовал заменить дверь или попросить изготовителей увеличить отверстие. На это Чарли ответил, что подобный разговор с представителями фирмы у него уже состоялся, однако те доказали нецелесообразность упомянутой замены. Главным доводом послужило то, что в случае увеличения отверстия в дом сможет проникнуть не только собака, но также всякий, кому взбредет на ум подобная идея. Иными словами, это то же самое, что вовсе оставить дом без двери.

Разумеется, у всякого здравомыслящего индивидуума тут же возник бы следующий вопрос: если Чарли удалось пробраться в прихожую собственного коттеджа через отверстие для собаки, что помешает сделать то же самое какому-нибудь ворюге?

Однако спросить об этом мог только человек, никогда не видевший Чарли.

Дело в том, что в свои тридцать два года Чарли Стенсон был не выше четырнадцатилетнего подростка — подобное отклонение от нормы часто наблюдается у горбунов. Чарли же, как это ни грустно, принадлежал к их числу.

К счастью, еще в детстве он научился относиться к своей необычной внешности философски, а повзрослев — даже с некоторым юмором. Вдобавок, обделив Чарли физической гармонией, природа одарила его талантом художника, что в каком-то смысле являлось своеобразной компенсацией. Если к этому еще прибавить присущий Чарли легкий характер, то становится понятно, почему его жизнь не особенно отличалась от той, которую вели мужчины его возраста. Правда, за одним исключением: в отличие от многих сверстников Чарли не обзавелся семьей. Объясняя свое холостяцкое положение, он частенько отпускал шутки в том духе, что, мол, Шалмира единственная дама, которой нет дела до его внешности и которая любит его, невзирая на многочисленные недостатки. Однако подобное утверждение было преувеличением, потому что вопреки возможным предположениям подружки у Чарли водились.