Пройдя садами около километра, мы вышли на поляну.

-Вот здесь мы и остановимся.

-Нет, давай чуть подальше зайдем.

Даже в такой ситуации она не теряла самообладания, умудряясь координировать ситуацию. Либо она никогда его не теряла, либо просто доверяла мне и знала, что все будет хорошо.

Отойдя дальше в лес, мы выбрали место почище, и я принялся ставить палатку. Не скажу, что это мне удалось с первой попытки, но было очень весело.

Забравшись в импровизированное жилище, я начал разбирать сумку:

-Любишь итальянскую кухню?

-Не сказать, чтобы очень

Я достал пиццу.

-А запивать Российским шампанским?

Она улыбнулась той самой улыбкой, от которой у меня бегали мурашки по спине, освещенная только дисплеем телефона она была особенно прекрасной. Белая свободная футболка на выпуск, растрепанные, длинные волосы, и тишина осеннего леса.

На свет показались две бутылки шампанского.

-Я знал, что ты будешь в босоножках, поэтому я захватил вот это.

Я достал пару шерстяных носков, две куртки и два свитера. Стараясь предусмотреть все, я взял столько вещей, сколько не брал в самый длинный рейс.

-А теперь ужинать.

Мы ели помятую пиццу, запивали шампанским из горлышка бутылки, болтали, смеялись… Если честно, я плохо помню, все, что происходило. Трудно запомнить детали счастья, когда оно поглощает тебя полностью. Время в ту ночь изменялось не секундами, а падающими на брезент палатки листьями. Слова, движения, мысли все потеряло грани, растекалось, перемешиваясь и превращаясь в наполнявшее нас чувство, одно на двоих, но такое огромное. Когда она уснула, оставив свою руку в моей ладони, я еще долго лежал и слушал, как она дышит. Потом уснул и я. Мне снился сон, что мы лежим в палатке в лесу, я проснулся и это был не сон.