Положение сложилось отчаянное. Жить с родителями было невозможно. В их маленькой квартире стало совсем тесно после того, как Айлин перевезла свои вещи. К тому же малышка Фиона со своей кипучей энергией никак не вписывалась в ритуально размеренную жизнь дедушки и бабушки. Все в доме пошло кувырком, возникли трения, жизнь стала несносной для всех.

Надо было куда-то съезжать…

Дни напролет Айлин искала квартиру, но то, что подходило по цене, не устраивало по условиям: мрачные и сырые, с затхлым запахом комнаты на первом этаже, отсутствие поблизости парка или скверика, где можно погулять с ребенком. Будь Айлин одна — совсем другое дело, но приходилось думать о Фионе. Несколько раз Айлин извлекала на свет Божий записку, полученную от Грегори Акерса. И вновь убирала: не хотелось ничем быть ему обязанной. Ведь она твердо решила ничего общего с ним не иметь. И тут же спрашивала себя: но разве Фионе от моей гордыни лучше?

Она посмотрела на часы. Скоро три. Именно в это время ровно неделю назад они с Грегори сидели в парке у песочницы, обсуждая проблемы брака. Эта встреча не выходила у Айлин из головы, несмотря на отчаянные потуги забыть о ней навсегда.

А что, собственно, случится, если я встречусь с ним? Он ко мне не приставал, наоборот, вел себя благородно, почтительно. Я рассчитывала быстро найти квартиру, но это оказалось непросто. Теперь надежда только на этот клочок бумаги. Почему бы не попробовать?