— Мало бегал! — безжалостно заявил Марк. — Ты должен бегать с утра до ночи, пить и есть на бегу, а спать под дверьми официальных учреждений.

— Послушай, я уже не тот Геракл, что прежде. Мне такие подвиги не по плечу.

— Придется напрячься. Сам виноват. Не нужно было откладывать все на последний месяц. Хочешь, чтобы ваша поездка сорвалась? Из-за того, что тебе нравится распивать чаи в дружеской обстановке.

— Может быть, поездка и так сорвется. Сам видишь, у Варьки неприятности. Не можем же мы уехать, бросив…

— Ты с ума сошел, Генрих! — взорвалась я. — Погибели моей хочешь? Машенька меня собственноручно удавит, если у тебя по моей милости сорвется такой контракт! Она и так уже от нас натерепелась столько, что лично мне непонятно, каким чудом мы до сих пор живы. В случае чего ее любой суд оправдает.

— Машенька сама откажется ехать, если узнает, что у тебя творится.

— Так не говори ей!

— Как ты это себе представляешь? — скептически поинтересовался Марк. — У тебя здесь труп на трупе, милиция ходит кругами, а Генрих весело обсуждает с женой список предотъездных покупок?

— Вот тогда мне точно не поздоровится, — подхватил Генрих. — Если с тобой, не дай бог, что-нибудь случится… В общем, как ни крути, а в первую очередь мы должны утрясти твои проблемы. Иначе никакой поездки не будет.

— А справочки? Ты же не успеешь их собрать!

— Значит, нужно утрясать быстрее.

Когда мы поели (для скорости решено было отварить готовые пельмени) и разлили чай, я приступила к рассказу об утренних событиях. Рассказ получился долгим, потому что пришлось сделать пространный экскурс в прошлое, дабы дать исчерпывающую характеристику Геле и нашим взаимоотношениям.

— Это не та штучка, которую мы как-то встретили в клубе Гэ Зэ? — встрепенулся Прошка.

Я напряглась и вспомнила, что действительно однажды (много лет назад) мы с Марком и Прошкой столкнулись с Гелей в очереди за билетами на «Андрея Рублева». Геля вовсю обольщала моих спутников и, что касается Прошки, вполне преуспела.