За три года жизни с Аленом количество этих историй давно уже перевалило за рубеж тысячи и одной ночи: не было ни одного вечера, особенно в первые месяцы их любви, когда она не рассказывала бы одной из этих чудесных историй, которые делали прекрасным и поэтичным каждый день жизни, каким бы обычным он поначалу не казался. Даже проявления любви в их интимной близости, которые сами по себе являются сладчайшими минутами счастья, благодаря ее неисчерпаемому, вдохновенному воображению достигали таких вершин экстаза, которые вряд ли какая другая женщина может дать ощутить своему возлюбленному. Это было ее самое сильное чарующее средство воздействия на этого француза, с которым ее связала судьба. Но в этом была и ее слабость: в тот день, когда она не могла сочинять прекрасных историй, или, особенно, если ей не хотелось их рассказывать этому мужчине, смуглая Хадиджа теряла добрую половину своих чар восточной женщины.
Уже в течение нескольких месяцев, сама не понимая причину этого, она не ощущала больше сильного желания развлекать того, кого она сумела сделать своим возлюбленным. Что это: чувства ли стали угасать? или необходимость ощутить новую любовь? А может между ними поселилась скука? Она сама не знала ответа и не могла ничего придумать... К счастью – думала она,– приближается время их свидания: в полночь она снова встретит Алена и они окажутся в пьянящей атмосфере их первой встречи, которая была наполнена ароматом случайного знакомства на углу улиц и почти немедленным ощущением прикосновения двух теплых человеческих тел в ближайшей гостинице. И может быть к ней тут же вернется способность и желание рассказать Алену чудесную сказку? И это романтическое обновление позволит возродиться их угасающим чувствам.