Но это удавалось не всегда. Особенно вначале это было ужасно, действительно ужасно. В то время Роджер и встретил Леону. Произошло это в разгар лета, после полуночи, когда серебряный свет луны заливал землю. Не желая беспокоить домашних, Роджер отпустил кеб, не доезжая до дома, и, находясь под винными парами, пошел в неверном направлении. Вдруг он обнаружил, что находится в окрестностях Келин Вудс. Впереди, наполовину скрытая за деревьями, стояла хижина Дарка. С другой стороны блестела вода и над прудом склонилась женщина. В лунном свете была видна белеющая полуоткрытая грудь.

Это было укромное место, знакомое Роджеру с детства, когда он пробирался тихонько на заповедную территорию, чтобы ловить здесь рыбу. Но той ночью все казалось другим. Он стоял как завороженный, глядя на женщину из-за толстого ствола большого дуба. Она низко опустила голову и сильными руками в волшебном свете луны перекинула тяжелую массу блестящих золотистых волос через голову. Руки ритмично двигались в воде, блуза или шаль соскользнула на талию, обнажив бледные очертания фигуры экзотической нимфы. Роджер узнал Леону и вдруг под действием вина и колдовской ночи загорелся безрассудным непреодолимым желанием.

Он двинулся к ней. Леона подняла голову и несколько секунд смотрела на него в изумлении. Роджер видел резкие черты лица, высокие скулы и любопытный, ничуть не встревоженный взгляд. Потом она выпрямилась – юбка была высоко подоткнута на бедрах – и попыталась прикрыть грудь.

– Убирайся, – пробормотала она.

Но его руки уже были на ее теле и, сначала осторожно, предвкушая наслаждение, гладили шелковистую, атласную кожу. Влажный каскад волос, рассыпавшихся по спине и плечам Леоны, волшебство ночи и смутные тени усиливали желание Роджера. В бархатной темноте сверкали серебром листья и белела ее обнаженная фигура. Она не сопротивлялась, когда он овладел ею, а, когда все было кончено, стояла неподвижно и смотрела на Роджера с непроницаемым выражением на лице. Потом невозмутимо прикрылась шалью и пошла к своей хижине, пока он все еще возился со своей одеждой, пытаясь привести себя в порядок. Ему было стыдно и противно. Он трезвел, пробираясь по лесу.