По пути в отель она спросила: – «А вы здесь живете?»
– Да нет, я только сегодня утром приехал, я остановился в пансионе на площади короля Георга. А вы здесь постоянно живете?
– Да, у нас дом на Блэнфорд Роу. Знаете, где это?
– Нет.
– Это совсем недалеко от центра. Тихая, спокойная улица, обсаженная буками с обеих сторон.
– Должно быть очень красиво.
Они замолчали, и не прервали тишины, пока не пришли в старинный огромный герцогский дом, недавно перестроенный в гостиницу, сразу же ставшую наиболее популярным местом встреч всех жителей Колдминстера. Швейцары и носильщики в гостинице носили одежду цветов некогда властителя здешних мест – герцога Колдминстерского. В номерах дирекция предусмотрительно развешала портреты и гербы старинного дворянского рода, а над входом в бар красовался огромный щит, некогда принадлежавший, видимо, одному из отпрысков графа. Внутри было уютно и прохладно, в темноте уже виднелось несколько ранних посетителей, потягивавших коктейли.
Официант поставил перед ними бокалы, Кельвин поднял свой, как бы предлагая тост, понимая, что женщина продолжает оценивать, насколько свободно он будет себя чувствовать в незнакомой обстановке – черт его побрал выйти из дома в этом старье. Неожиданно она прервала молчание: «Мой муж офицер. Он сейчас на каких-то учениях.»
– Что вы говорите?
Кельвин еще некоторое время говорил какую-то малозначащую чушь, но вскоре женщина взглянула на часы и сказала:
– Извините, мне уже давно пора домой. У меня маленький сын, ему пора спать.
– Ох, простите, не буду вас задерживать.
– Да вы меня не задерживаете. С вами так приятно. Может, как-нибудь еще встретимся?
– Очень даже может быть.
Кельвин заплатил по счету, она взяла сумочку, собираясь выходить, но тут всеобщее внимание привлекла элегантная пара, вошедшая в бар – все посетители не могли оторвать от них глаз. Наконец женщина увидела свободный столик и направилась к нему. По пути она столкнулась с Кельвином, и, бросив на него быстрый взгляд, затараторила: «Простите пожалуйста…», – затем присмотрелась, близоруко щуря глаза, и воскликнула: