Ангус отвел ее руку от лица и поцеловал ладонь.

— Борода меня согревает, а больше мне ничего не нужно.

— Если ты женишься, ты…

— Прошу тебя, не начинай, — сказал он с такой мукой в голосе, что Кенна сдалась.

— Ладно, — кивнула она, пытаясь подняться.

Ангус помог ей встать.

— Оставлю тебя в покое, если ты пообещаешь мне не держать на девчонку зла. Она победила тебя единственным доступным ей оружием — своим языком.

— Женщина может найти лучшее применение своему языку, — озорно блеснув глазами, сказал Ангус.

Кенна выставила вперед свой большой живот:

— Ты думаешь, я не знаю о том, какое применение может найти своему языку женщина, да и мужчина тоже?

Ангус зажал уши:

— Только не говори мне! Ты — моя сестра.

— Ладно, — с улыбкой согласилась Кенна. — Продолжай верить в то, что твоя сестричка все еще девственница, только не сердись на ту девчонку.

— Не буду, — сказал он. — А теперь возвращайся к мужу.

— А ты что будешь делать?

— Я свернусь под кустом и посплю часов двадцать.

— Хорошо, может, вереск подсластит твой сон и, когда эта девушка скажет тебе что-то колкое, ты ответишь ей ласково.

— Ласково, — повторил он. — Я запомню. А теперь иди, не то мне придется стать повитухой.

Глава 2

Ангус старательно избегал встреч с племянницей Лоулера, и целую неделю ему это удавалось. Он последовал мудрому совету сестры и сделал вид, что смеется над собой заодно со всеми.

Вначале он пытался оправдываться, что заставляло народ смеяться еще дружнее. Можно подумать, они всю жизнь только и ждали повода над ним потешиться и теперь наверстывали упущенное.