Мало кто из пассажиров захотел бы променять тепло и уют каюты на холод и сырость палубы. Mapa исподлобья взглянула на испанца и горделиво приподняла подбородок, выражая нежелание начинать беседу. Что-то во внешности этого джентльмена внушало ей опасение и мешало отнестись к нему с доверием. С того момента, когда она впервые увидела его, беседующего с Бренданом, ей инстинктивно захотелось защитить себя. Mapa вынужденно признавала, что он обаятелен и безупречно воспитан. Возможно, именно это и настораживало ее больше всего. Он был чересчур вежливым и предупредительным, слишком уж походил на джентльмена, чтобы являться таковым на самом деле.

Дон Луис Кристобаль Кинтеро задумчиво разглядывал гордое и неприступное лицо молодой женщины, опиравшейся на поручень и застывшей вполоборота к нему, с досадой подмечая неприязнь в ее карих глазах. Впрочем, этого следовало ожидать. Однако нельзя допустить, чтобы все старания пошли прахом. Придется добиться расположения женщины, от которой теперь зависит успех его замысла. Он и без того едва не потерял все, чем владел, из-за каприза другой эгоистки. Но этой он не позволит помешать ему.

— Разве можно гулять по палубе в такую погоду без сопровождения, сеньора? — с притворной обеспокоенностью, не укрывшейся от чуткого слуха Мары, поинтересовался дон Луис. — Это небезопасно. Не дай Бог поскользнетесь и упадете за борт. Вас не скоро хватятся, а долго продержаться в ледяной воде практически невозможно, — заметил он мимоходом, но тут же смущенно улыбнулся и добавил извиняющимся тоном; — Может быть, вы искусная пловчиха? Европейцы всегда поражали меня самыми неожиданными умениями и способностями.

Мару испугала усмешка, промелькнувшая на благородном, красиво вылепленном лице дона Луиса. Несмотря на то что высоко на реях у них над головами матросы расправляли паруса и вся палуба лежала перед ними как на ладони, Mapa чувствовала себя беззащитной рядом с испанцем.