Карета остановилась. Клейтон как-то странно забеспокоился.

Господи, он, кажется, тоже нервничает! Может быть, надо сказать, что у нее и в мыслях нет обращаться в полицию? Аурелия ждала, чтобы мистер Гардиан открыл дверцу кареты, но он медлил.

– Продавец назвал вас мисс Брейтон. Это ваше имя?

Она кивнула. У Клейтона нервно подрагивал уголок рта. Он обхватил колени и наклонился вперед.

– Мисс Брейтон. За свои тридцать лет я совершил много ошибок, и мне пришлось за них дорого заплатить. Но я ни разу в жизни не ударил женщину. Вы не представляете, как я сожалею о своем поступке.

Аурелия посмотрела ему прямо в глаза. Вряд ли он искренен, но тем не менее девушка решила поверить.

– Принимаю ваши извинения.

Он широко улыбнулся. Потом открыл дверцу, вышел и подал ей руку. Мистер Гардиан легонько пожал ее ладонь и отпустил. Аурелия предполагала, что он просто скажет «до свидания», но мужчина поцеловал кончик указательного пальца и нежно прикоснулся к ее больной щеке.

– Мой сын говорит, что от этого боль проходит. Моя жена…

Сын! Жена! У Аурелии упало сердце. Ей понравился женатый человек! Больше она не хотела ничего слушать. Будто мало истории с сестрой!

– До свидания, мистер Гардиан!

И она быстро направилась к двери гостиницы, услышав вслед: «Доброй ночи, мисс Брейтон».

Аурелия взбежала на крыльцо гостиницы, потянула за бронзовую ручку и, оказавшись в холле, быстро затворила за собой тяжелую дубовую дверь, словно оставляя за ней надежду на возникшую было симпатию. Но вот раздался стук копыт, скрип колес, и карета отъехала. Мистер Гардиан отправился домой.

Аурелия попросила портье, чтобы ей в номер принесли мешочек со льдом и тарелку супа.