Оголтелая публика, мечтающая о возрождении Третьего рейха. Моя подружка старалась меня утащить, но я осталась. Мне было интересно на это посмотреть и послушать. Там я впервые и увидела своего будущего мужа. Нет, он не выступал и не выкрикивал лозунгов. Он и его дама сидели на трибуне для почетных гостей, но нарукавники со свастикой они не забыли надеть. В тот день он меня не видел. Второй раз я встретилась с ним в Берлине. Случайность или судьба – затрудняюсь сказать. Мы с подружкой сидели в уличном кафе, пили кофе, коктейль и болтали. И вдруг я вижу, как какой-то очень высокий мужчина остановился возле нашего столика. Я подняла голову и увидела его. У него очень специфическая внешность: однажды увидишь и уже не забудешь. «Извините, – сказал он, – я услышал русскую речь и остановился. Мне очень нравится русский язык. Я заканчивал военную академию в Москве».

Он говорил без акцента, как мы с вами. Потом попросил разрешения присесть и угостил нас хорошим вином. Моя подруга его не узнала, а мне было просто любопытно познакомиться с живым фашистом. Кстати, никогда не разговаривала с ним по-немецки, и он до сих пор не ведает о том, что я знаю немецкий язык. Меня это устраивает. Во всяком случае, я знаю, о чем он разговаривает по телефону, не смущаясь моего присутствия. Так состоялась наше знакомство. Он сказал, что собирается в Россию, и попросил мой телефон. Я дала. Во всяком случае, меня это ни к чему не обязывало, а он обещал быть курьером между мною и подругой. Мы любим посылать друг другу подарки и сувениры.

Вскоре я уехала домой, а через месяц он позвонил, но уже из Москвы. Мы встретились. Он привез посылку от подруги и кучу сувениров от себя лично. Ухаживать он умеет красиво. А через две недели сделал мне предложение, встав на колени, рассыпая к ногам кучу роз, и преподнес мне колечко с рубином в два карата. Меня не смутил тот факт, что он старше меня на двадцать два года. Меня прельщала будущая беззаботная жизнь.