— Да?

— Безусловно. Вот, например… обратились тут ко мне владельцы мукомольной фабрики в Аризоне…

Эммануэл приводил все новые и новые примеры, Патриция сидела притихшая и подавленная. Голова у девушки слегка кружилась, в то время как собеседник ее от мукомольной фабрики перешел к кофейной плантации в Уганде, а затем к разоряющейся скандинавской авиакомпании. Финансовый магнат так запугал бедняжку, что за весь вечер она так и не нашла в себе сил упомянуть про магазинчик.

Пора, решила, наконец, Патриция, когда подали кофе. Ее единственный шанс, который может и не повториться… Если не сейчас…

— Мистер Ритт, — робко начала девушка, едва официант отошел. — Мне хотелось бы попросить у вас совета. — Что за двусмысленное выражение! Просит совета, а имеет в виду деньги.

— Разумеется, дорогая моя.

— Я вот о чем думала… видите ли, я живу в Мел-Велли, примерно в сорока пяти минутах езды от Стоктона. — Она помолчала, поднесла к губам чашку и, наконец решившись, перешла к сути просьбы. — Это превосходное место для модного магазина. — Девушка рассказала о расположенных неподалеку городках и стремительно развивающихся промышленных предприятиях. Упомянула о непрерывно растущем числе работающих женщин, о женах высокопоставленных чиновников, что живут в Мел-Велли и вынуждены ездить за покупками в Стоктон или в Сан- Франциско. Постепенно воодушевляясь, девушка напрочь позабыла о страхе перед собеседником, позабыла о том, что нужно "вести себя как Ирен". Она снова стала Патрицией, прямолинейной и резкой.

— Ну что ж, мисс Олтмен, — медленно проговорил Эммануэл, когда девушка остановилась перевести дыхание. — Я вижу, вы много думали над этим проектом.

— О да! — Девушка наклонилась к собеседнику, жалея, что не видит его лица. Тон его был уклончив: непонятно, заинтересовался он или остался безразличен.