- Круглые двери - вот и все Средиземье! - фыркнула Лина.

   - Откуда ты знаешь? Может, ещё мохнатые ноги у официантов, - хихикнув, добавила Ева и начала пытать подбежавшую девушку на тему калорийности блюд.

   Зачем сестра периодически сидит на зверских диетах, Лина не могла понять довольно долго - вдвоем сестры с трудом дотягивали до 100 кг. Однажды Ева объяснила, что когда она голодная, то злая, и теперь перед решающими адвокатскими сражениями она затягивали пояс потуже и баловала себя исключительно салатом, яблоками и прочим силосом. При этом доставалось не только коллегам, но и невинным окружающим, поэтому, когда Ева переходила на подножный корм, знающие люди старались держаться от нее подальше.

   - Девушка, а сколько калорий в побеге сельдерея?

   Официантка махнула ресницами и открыла рот. Закрыла. Ещё раз открыла. Хлопнула глазами.

   Лина поняла, что ещё минута, и она почувствует себя, как глухой на концерте хора Турецкого. При этом слова сестры так запали ей в душу, что она невольно начала коситься на торчащие из-под короткой черной юбки коленки.

   Официантка, заметив этот странный взгляд, окончательно растерялась и перестала моргать, изобразив удивленную рыбку-телескопа.

   - Она пошутила! Принесите нам два черных кофе без сахара.

   Работница общепита отмерла и, одарив Лину подозрительным взглядом, умчалась подальше от странных посетительниц.

   - Умеешь ты, Бяка, людей в ступор вогнать.

   - От тебя она вообще шарахнулась, как от инспектора Роспотребнадзора. Ты что так плотоядно на её ноги пялилась?

   - Шерсть искала, - честно призналась Лина.

   Ева хрюкнула от сдерживаемого смеха:

   - А если бы к нам паренек-халдей подошел, ты бы к нему в штаны полезла эпиляцию проверять?

   - Зачем сразу в штаны? Можно попросить брючину закатать.

   Когда официантка, опасливо косясь, сгрузила их заказ и торопливо скрылась, девушки уже закончили хихикать и чинно сидели за столиком с торжественными лицами.